?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Историческая Сага

Несколько лет назад я задумал произведение, которого еще не было в истории вологодской литературы. Это роман, рассказывающий об истории пребывания Дипломатического корпуса стран Антанты в России в 1917-18 гг.
Первый вариант вышел в 2012 г. под названием "Дипломатический корпус". Получился исторический роман, основанный на документельных источниках с толикой авторского дополнения. Та книга давно разошлась и я стал писать продолжение, написал еще два романа о судьбах тех русских людей, которых судьба свела в годы революции с дипломатами Антанты. И вдруг выяснилось, в романе 2012 г. оказались пропущены большие смыловые разделы, без которых последующие события выглядят как бы сами по себе, в то время как между ними существует взаимосвязь.
И тогда я взялся перерабатывать изначальный текст романа, разделив его по смыслу на три части. В первой- события осени-зимы 1917-18 г., преимущественно в Петрограде, несколькко глав о Финской гражданской войне и чуть чуть о переезде дипломатов в Вологду. Но в ходе написания стало ясно, это уже совсем друге произвдение, с иными акцентами, новыми героями.
Так появился роман "Крах дипломатического "Согласия", который уже вышел из печати я готов предложить его всем желающим.
В книге 300 стр. теста, жесткая ламнированная обложка, две иллюстративные вкладки с портретами подлинных героев романа.




Вторая часть посвящена пребыванию Дипломатического корпуса стран Антанты в Володе с марта по конец июля 1918 г.
Но в новом переработанном и увеличенном в два раза по объему варианте тоже сменились акценты и второй роман получил совсем  не вологодское название: "Секретная должность агента Рейли". Да да, того самого, известного всему миру как "король шпионов". Оказывается он под вымышленной фамилией был в Вологде и принял самое активное участие в делах Дипломатического корпуса". Описание событий этих месяцев не может быть законченным без так называемого "дела Локкарта", которое ошибочно называют еще "заговором послов".  Им и заканчивается второй роман.




Третья часть планировалась как книга о союзной интервенции на Севере России. От первого варианта у меня в запасе было несколько глав. Но начав собирать материал я почти "утонул" в огромном количестве исторических источников, от мемуаров дипломатов, интервентов и белогвардейцев, до  аналогичных воспоминаний о стороны красных. А ведь есть еще огромный комплекс документов с обеих сторон, газеты и другие источники.
На моем писательском пути оказался и Алексей Сухановский, подвижник, военный археолог и журналист, многие годы изучающий интервенцию не только по бумагам, но и с лопатой в руке в глухих архангельских лесах. Благодаря этому человеку на многие  события я взглянул уже по другому.
Сейчас роман об интервенции на Севере только в начале написания и я даже не знаю, будет это одно произведение или два, слишком различны события в пероды, когда там командовали офицеры Антанты и после ухода союзников в 1919 г. как получится, так и будет.
Зато следующие две части уже практически готовы. Это роман "Дело Варакина", повествующий о судьбе двх молодых людей: Петра Варакина и Августы Степановой, которые в 1918 г. оказались кое в чем связаны с дипломатами Антанты. Действие романа происходит в 1923-25 гг. на фоне развивающегося в СССР НЭПа. Любовная интрижка кончилась для одного из героев на скамье подусудимых для другого в Соловецком лагере. Репрессии против граждан страны Советов начались.
Логическим продолжением этой темы будет и следующая книга "Жена композитора Зубова", только действие там происходит в 1930-32 гг. уже в период индустриализации и коллективизации. А герои всё из того же круга. У Петра Зубова, эмигрировавшего заграницу вместе с правительством генерала Миллера из Архангельска, в советской России остался брат, музыкант Михаил Зубов. В возрасте 53 лет его угораздило жениться на молоденькой девушке Тамаре и началось такое, что под силу только детективному повествованию. Неужели и это продожение? Разумеется, ведь существуют сквозные герои, которые действуют в каждом новом романе.
Что будет дальше? Разумеется 37 г. в Вологде, кровавый след начальника НКВД Жупахина, который знаком читателю еще по роману "Жена композитора Зубова". Всех тех, из лиц. имевших отношение к посольствам Советская власть достала и жестоко расправилась. Банально? Совесем нет, если посмотреть на события например глазами детей репрессированных вологжан.
Поледняя часть будет посвящена событиям 1946-57 гг., когда при Вологодском управлении МГБ было открыто литерное дело "Об иномиссях". Этот роман соберет воедино все что осталось от этой истории к середине 20 в.
Ну и напоследок- сиквел. Роман совсем с другими героями, которые действуют в конце 20- начале 21 в. и создают Музей дипломатического корпуса, посвященный событиям в Вологде в 1918 г.  Книга будет называться "Музей, которого больше нет". Почему? Прочтите и узнаете.
Представьте себе масштабы труда. Я хоть и в середине пути, но ощущаю некий ужас от того, что еще предстоит. Но цели поставлены, надо двигаться в направлении реализации. Как назвать все это вмете? Ничего лучшего чем Историческая Сага я не нашел.
Приглашаю читателей начать сначала, с первой книги "Крах дипломатического "Согласия" и вместе с героями Саги дойти до финала. Скучно не будет, обещаю.

Имя на карте Вологды

В Вологде есть улица Самойло, бывшего царского генерала, изменившего в 1917 г. присяге и перешедшего на сторону большевиков. В 1958 г. были изданы его мемуары "Две жизни". Интересно, что вторая жизнь, после революции занимает всего лишь пятую часть общего объема книги и то имеет огромные лакуны, особенно касаемые периода 30-х годов. Самойло один из немногих красных командиров из состава 6 Армии, который не был серьезно репрессирован. Его соратники по борьбе Уборевич, Кедров, Петин и другие были уничтожены Советской властью, за которую они с таким рвением боролись во времена Гражданской войны, а вот Самойло повезло. Отчасти спас его от преследования давний конфликт с Тухачевским, всплывший в 1935 году. Репрессированный маршал по существу спас своего недруга, который по определению не мог быть записан к нему в соратники во время известных процессов.
Мемуары Самойло, хотя и отредактированные советскими цензорами, представляют определенный инетерес, ососбенно в их дореволюционной части, ведь со многими героями Гражданской войны с обеих сторон Самойло был знаком по службе еще с конца 19 в.
Роль бывшего генерала в событиях на Севере в 1918-19 гг. изучена слабо. Верить мемуарам военных вообще сложно, а уж мемуарам вышедшим на склоне лет и подавно. Там все успехи приписываются себе великому, а неудачи-кому угодно. Вот характерный пример подтасовки исторических фактов в угоду политической коньюнктуре:




"Американский посол Френсис, английский поверенный в делах Линдлей и французский посол Нуланс, приехав при попустительстве Троцкого из Петрограда через Вологду в Архангельск, чувствовали себя здесь полными хозяевами".

Давайте разберемся с этим пассажем. Для начала Троцкий никакого отношения к переезду дипломатов из Петрограда в Вологду не имел, дипломаты проходили по ведомству Чичерина, Троцкий же командовал вооруженными силами.
Все упомянумые господа прибыли туда в разное время и при разных обстоятельствах.
Американец Дэвид Френсис выбрал Вологду в качестве места дислокации посольства в конце февраля 1918 г. после того, как Советское правительство, так же покидающее Питер не пригласило посольства союзников в Москву и втайне надеялось, что в провинциальной Вологде дипломаты просто "закиснут". Не тут то было! Уже через месяц, когда в Вологду из Финляндии прибыл французский посол Жозеф Нуланс со штатом, город с легкой руки америаканского посла уже гордо назывался "дипломатической столицей России" и здесь вершилась мировая политика. Французам остаалось лишь присоедениться к  "статус кво".
Британский поверенный в делах Френсис Линдлей из Финляндии вернулся на родину, пробыл там 3 месяца и получив новое назначение в Россию на корабле прибыл в Мурманск. Оттуда уже, летом в начале июля, он так же морским путем прибывает в Архангельск, и потом следует в Вологду, намереваясь добраться в итоге до Москвы. У него было, что предложить большевикам в плане торгового сотрудничества, для этого при нем находилась специальная миссия Кларка.
Помешало английским планам Ярославское восстание, вспыхнувшее в начале июля 1918 г. путь на Москву был отрезан. Линдлей присоеденился в Вологде к остальным дипломатам. Через неделю в город, окольной дорогой через Петроград прибыл Карл Радек. Он имел поручение от Ленина уговорить посольства перехать в Москву. Но решение о поддержке былого движения Антантой было уже принято и дипломаты отказались. Тогда им устроили в Вологде экономическую блокаду и они вынуждены были ехать в Архангельск. Впрочем, туда их снова не пустили, отправив на двух кораблях в Кандалакшу, где были британские вооруженные силы, охранявшие Кольский полуостров от немцев. Дипломаты прибыли в Архангельск только 7 августа 1918 г. когда уже произошел переворот и у власти находилось правительство Н.В. Чайковского, и при нем, действительно дипломаты "чувствовали себя здесь полными хозяевами". В этом Самойло прав. Но согласитесь, между тем. что пищет мемуарист и реальными событиями мало общего...
К деятельности Самойло во время Гражданской войны на севере я планирую еще вернуться. Поговорить есть о чем.

Год скомканных юбилеев

Эти даты "по барабану" большинству жителей страны, но примерно десятая часть граждан России все таки ждала череду столетних юбилеев. В феврале-марте буржуазной революции, в ноябре- социалистической. Кроме того были и другие даты, в том числе и корпоративные, например 100-летие ВЧК-ФСБ.
Все эти события объединило одно обстоятельство, невнятная позиция государства по отношению к большим датам. Были сняты и показаны какие то невзрачные фильмы о революции. Наталья Поклонская изо всех сил пиарила "Матильду", говоря о непорочном образе будущего императора, а когда архивисты, которым это изрядно надоело, предъявили документ, в котором говорилось, что Ксешинская была беременна от наследника, но случился выкидыш, надутый пузырь лопнул. Покойный император потерял лавры примерного семьянина, который хранил себя для своей единственной Александры и ни до ни после свадьбы, даже подумать не смел о ком то другом.
В будущем году юбилей убийства царской семьи, думаю, что уже что то снимают, может быть даже А. Учитель, и страшно подумать, что вывалят на экраны в июле 1918 г. наши кинематографисты.
К юбилею Октябрьского переворота они нас порадовали сериалами, что революцию подготовил еврей Падрус, а защитил еврей Троцкий. Первый "бондарчуковский" сериал, просто муть голубая, к тому же скучный до зевоты, а вот второй, снят неплохо и балагодаря игре талантливого актера Хабенского, смотрелся гораздо лучше первого.
НО! Хабенский создал на экране не того Троцкого, какой был в жизни. Интеллигентный герой Хабенского вызывает у зрителя чувство симпатии, тогда как реальный Троцкий, этот меч революции, считавший, что раз судьба дала ему для эксперимента шестую часть суши под названием Россия, то он может делать на этой территории все, что хочет. И делал.
Забегая вперед, отметим, страшно себе представить, что было бы со страной, если бы Сталин не припрятал политического завещания Ленина, где Троцкий был характеризован с самой лучшей стороны в отличие от Сталина, и Лев Давидович встал бы во главе государства после смерти Ленина, В итоге грузин перехитрил всех евреев в ЦК партии большевиков и получил всю полноту власти, расправившись с бывшими соратниками, подобно средневековому тирану с помощью своей стальной гвардии, органов ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ...
Много шуму наделал доклад директора ФСБ Патрушева, который пока осторожно, но все таки попытался сказать обществу, что репрессии против старых большевиков, армии и отдельных сотрудников "органов" имели под собой реальные события и с реабилитацией некоторых явно поспешили. Хай поднялся дикий, письмо 30 деятелей науки и культуры наделало много шума, но и только. Тропинка к очередному пересмотру, роли личности Сталина получила четкое направление. Корпоративный юбилей превратился в общероссийский скандал.
Во всем этом бросается в глаза полная дистанцированность власти от всех событий. Этакий кисель, типа, и царь был хороший, и революция была нужна, и уж если совершили, то надо защищать. Но от кого? от таких же русских людей, которые были несогласны с идеями интернационального кагала.
И тогда все решели свалить на Америку, ну или Антанту, где та тоже пристутствовала, обвинив союзников в подготовке революции, а потом в борьбе с ней. Пригодилась когорта так называемых "историков" типа Н. Стариков и Е. Спицына, которые с умным видом уже рассказывают и пишут об этом.
То, что союзникам России по Антанте во время войны не нужна была никакая русская революция, во внимание не принимается. Но если почитать мемуары дипломатов, причем любых, кто был в это время аккредитован в России, становится ясно, февральская революция была для них таким же неприятным сюрпризом, как и для большинства населения страны.
Единственный бенефециар обеих революций- Германия по мнению разного рода "специалистов" вне подозрений, хотя немцы сами давно признались, что давали деньги на русскую революцию с целью ослабить противника и очень помогли товарищу Ленину сто лет назад захватить власть.
Но виноваты у нас оказались американцы, которые в 1917 г. играли еще весьма незначительную роль в мировой политике.
Впервые звезда американской дипломатии взошла весной 1918 г. в Вологде, куда Дипломатический корпус во главе с дуайеном, американским послом Френсисом переехал вконце февраля 1918 г. Думаю, к грядущему столетию события, что нибудь создадут пакостное...
Но мы тоже не останемся в стороне, в типографию поступила 2 книга моей исторической саги под названием "Секретная должность агента Рейли", рассказывающая о том самом, вологодском периоде в истории дипломатов Антанты. Это продолжение романа "Крах дипломатчиеского "Согласия", который уже вышел в свет и активно продается в магазинах и сети интернет.
Подводим грустные итоги. У государстве нет никакой позиции относительно российской истории 20 в. и это удручающий факт. Не понимая итогов прошлого, нельзя грамотно спрогнозировать будущее государства. Какими бы не были успехи во внешней политки, главное-это политика внутренняя, в том числе и ее идеологическая часть.



Обложка второй  книги Исторической Саги "Секретная должность агента Рейли".

Подпоручик Иван Петрович Смыслов прибыл в Архангельск в конце сентября 1918 г, пропустив все важнейшие события последнего месяца. Все что он знал- касалось высадки значительных сил американской пехоты и успехов на фронтах, где красные повсеместно отступали.

Какой то офицер в шинели без погон сказал ему в первый же день:

-Еще немного и союзники войдут в Москву. Новый год я планирую встретить на Красной площади.

-Почему же тогда вы здесь, а не на фронте?-спросил Смыслов.

Офицер вытянул руки перед собеседником вперед ладонями, словно бы отталкиваясь от него.

-Нет уж, увольте, я свое отвоевал.

-Я тоже воевал,-ответил Смыслов, -но прибыл в Архангельск с единственной целью продолжить войну до победного конца, теперь уже с большевиками.

-Как вам будет угодно,-ответил офицер, -не смею отговаривать.

Он раскланялся и чуть пошатываясь пошел прочь.

«Выпил, вот и несет, черт знает что,-подумал Смыслов,- здесь что, нет мобилизационной комиссии? Напрасно, все офицера должны быть поставлены на учет и нести службу».

Он не знал, что в Архангельске более половины кадровых офицеров нигде не служили, у кого были деньги, шлялись по кабакам, у кого не было в этих кабаках прислуживали.

Еще в Вологде он решил, что по прибытию в Архангельск найдет капитана второго ранга Чаплина и будет проситься служить под его началом. Смыслов очень уважал Георгий Ермолаевича еще по встрече в Петрограде весной этого года, когда он окончательно принял решение бороться с большевиками. После того, что творили Кедров и его сообщники в Вологде это решение пересмотру не подлежало.

Явиться к Чаплину в своем нынешнем солдатском обмундировании Смыслов конечно не мог. Где-то надо было справить мундир подпоручика. Деньги у Ивана Петровича были. Британский агент Сидней Рейли снабдил каждого, кто убывал в Архангельск суммой в шестьсот рублей. Царские десятки «красненькие», как из называли в народе, были зашиты в полу шинели. Теперь настала пора их выпороть и пустить в дело.

Он зашел в магазин готового платья и спросил приказчика, где можно купить или заказать мундир старого образца и погоны подпоручика.

-Не извольте беспокоиться,- господин подпоручик,- все можно заказать у нас.

приказчик вышел в подсобку, недолго там пробыл и вернувшись одарил Смыслова улыбкой своих карих миндалевидных глаз.

-Офицерская форма от и до будет стоить вам сущий пустяк, все три тысячи рублей.

-Сколько?- переспросил Смыслов.

-Вы не ослышались, три тысячи. Вы скажете, что год назад это стоило триста рублей, а полгода назад-совсем ничего не стоило. Это будет правда. Но теперь времена другие. Теперь как в поговорке, «по одежке встречают». Вы даже не представляете сколько тратят сейчас в Архангельске на обмундирование. Один горский князь недавно заказал казачий мундир с газырями серебряные накладки для шашки и орден.

-Что, все у вас?- удивленно спросил Смыслов.

-Да, все у нас, а уж мы на то и коммерция, чтобы доставить клиенту полное удовлетворение. Мундир сшили по первому классу.

-А серебряные накладки и орден?

-Все исполнили, наш коллега ювелир Йозеф  сделал ему и накладки и орден.

-У меня нет столько денег,- честно сказал приказчику Смыслов.

-Это досадно, а сколько есть?-живо поинтересовался торговый человек.

-Всего шестьсот рублей.

-Керенками, моржовками, чайковсками?- быстро спросил приказчик.

-Простите, не понял?

-Вы что недавно в городе?

-Третий день.

-Тогда поясню, все это деньги, которые имеют хождение здесь, но конечно лучше всего старые царские.

-У меня такие, десятки с императорским орлом.

-Превосходно,- захлопал в ладоши приказчик,- у меня для вас есть прекрасный вариант,- вы идете на базар, и там покупаете все что вам нужно гораздо дешевле, чем в магазине. Но конечно, если вы просто пойдете на рынок, то вряд ли что-то найдете дешево.

-Зачем же тогда идти?

-А! -приказчик поднял кверху палец,- я вам скажу имя одного человека, и он все что вам нужно сыщет.

-Вы, прямо как факир,- улыбнулся Смыслов.

-Спасибо за похвалу,- расплылся в улыбке приказчик,-но я работаю за комиссионные, если не возражаете. Сущий пустяк, всего 50 рублей царскими.

-Если вы меня обманете, я вернусь и вас застрелю,-нахмурил брови Смыслов. Винтовку правда он сдал в комендатуру белых еще в Березнике, но револьвер оставался при нем.

-Не извольте беспокоиться, все будет в лучшем виде. Идёте на базар, спрашиваете, где найти Лазаря, вам всякий продавец укажет. У Лазаря, говорите, что вас послал Лёва, это я. Он вас примет и все сделает.

Никогда раньше Смыслов не касался еврейской коммерции. Он слышал, что эти люди очень пронырливы и ловки, но встретился с ними в первый раз. Он не был жидоненавистником, как некоторые в их полку, считал, что любой человек, каким бы странным не казался образ его жизни и вера, достоин уважения, если он поступает по совести.

Отдав Леве комиссионные, Смыслов направился на рынок. Лазаря действительно знали все. Он в очках и небольшой круглой шапочке -ермолке сидел за конторкой и что-то подсчитывал.

-Здравствуйте,- сказал Смыслов,- я от Лёвы.

-Что надо этому старому поцу?- не поднимая головы спросил Лазарь.

-Он просит, чтобы вы помогли мне купить русское офицерское обмундирование.

-О, вей,- поднял голову Лазарь,-где же теперь возьмешь такую редкость, как царский мундир, хотя, если вы не возражаете, я мог бы помочь вам приобрести замечательный английский френч, галифе, сапоги и фуражку.

-У меня всего 500 рублей,-осторожно сказал Смыслов.

-Для вас, как защитника родины, этой суммы будет достаточно.

-Когда мне зайти?

-Да хоть завтра после обеда.

В назначенное время Смыслов пришел к Лазарю и увидел у него на плечиках британский военный мундир. Фуражка и сапоги были тут же.

-Примеряйте, молодой человек, английское сейчас в моде, это крик сезона.

-Надеюсь, у меня не будет потом неприятностей?- осторожно спросил Смыслов.

-Если вы насчет «горячего», то не извольте беспокоиться.

-При чем здесь горячее?

-Я имел ввиду, что вещи не краденые, со склада армии.

-Значит все таки краденые?

-Никак нет,- чистой воды чейнч, как говорят англичане.

-Ну хорошо,-махнул рукой Смыслов,- в конце концов меня это не касается, В случае чего,- он достал из кармана пистолет.

Лазарь впервые за все время привстал.

-Я вам говорю, не извольте беспокоиться, а вы тут горячитесь понапрасну. Забирайте скорее свой мундир и ступайте, я очень занят.

Иван Петрович взял обновку, в тот же вечер посетил общественную баню и поменял свой солдатский облик. Теперь можно было идти к Чаплину.

В городе он увидел объявление: запись в Славяно-Британский легион.

«Там наверняка знают, где сейчас находится кавторанг Чаплин»,-подумал Смыслов и открыл двери.

На входе, как и положено стоял часовой. Навстречу ему поднялся дежурный.«Форма то как у меня, точь в точь,» -подумал Смыслов.

-Здравствуйте, вы из какой роты?

-Я вообще еще не на службе, недавно прибыл в Архангельск и ищу капитана второго ранга Чаплина.

-Извините, просто на вас наша полковая форма и я подумал, что вы уже записались в легион.

-Позвольте полюбопытствовать,-спросил Смыслов,- а эту форму где-то покупают?

-Разумеется нет, ее бесплатно выдают всем, кто записался в Легион, у нас целый склад этой формы.

«Ну Лазарь, башка плешивая, обманул!-подумал про себя Смыслов,- так вот где он взял комплект, и наверняка бесплатно. Ничего, зато я теперь знаю, что такое коммерция по-еврейски»

.

Российские евреи, с открытки н. 20 в.

Павлина Виноградова знают все жители Архангельской области и многие за ее пределами. Еще бы, хрестоматийный образец революционера. сложившего голову за идеалы революции. О последнем бое Виноградова так же написано огромное количество литературы, в основном поврояют одно и то же. между тем есть целый комплекс документов и других источников, позволяющий утверждать, что все было не совсем так. Конечно Павлин погиб в бою, правда не от пули врага. хотя это не так важно. Важно, что сам бой в последствии превратился в легенду, исказившую действительность до неузнаваемости.
Я попытался реконструировать это событие, оформив его в форму художественного повествования, как часть главы своей будущей книги о Гражданской войне на Севере. Вся информация по теме, так или иначе прошла через годы и сейчас является историческим источником, отрицать который мы не можем.
Буду рад вашим замечаниям и компетентным суждениям по теме.

"Небольшая деревня Шидрово на правом берегу Ваги, рядом с устьем реки была важным стратегическим пунктом. Под покровом ночи с 6 на 7 сентября 1918 г. солдаты Первого вологодского полка и рота балтийцев заняли деревню. Население встретило красных враждебно, еще бы, Виноградов в августе, когда красные отходили к Сельцу, приказал расстрелять священника, которого заподозрил в симпатиях к белым.
Ему показалось что с колокольни кто-то фонарем подает знаки противнику. После этого рассчитывать на добросердечность местных не приходилось.

Солдаты расположились на берегу Ваги сразу за ручьем, недалеко от церкви.

Атаку ожидали со стороны устья Ваги. В Березнике, где находились белые и союзники, уже знали о захвате Шидрова. Водный путь в сторону Шенкурска, находившегося уже несколько дней в руках союзников, оказался перерезан. Было необходимо как можно скорее отогнать красных от реки.

Командующий Двинским фронтом Виноградов приказал разместить на угоре пушки- «макленки», все что было из «тяжелого»вооружения и пулеметы. Пехота залегла цепью...

В сумерках со стороны Двины появился пароход противника и издали стал обстреливать правый берег Ваги, стараясь обнаружить позиции красных. Поначалу снаряды ложились далеко и никакого урона отряду Виноградова не приносили. Судно вынуждено было подойти ближе. Красные ответили стрельбой, обозначив свою позицию. Артиллеристына судне, сделав поправку, произвели очередной залп. Батарея Виноградова ответила. Белые снова уточнили прицел и накрыли позиции красных. Раз, другой, третий. Церковь, около которой расположился отряд была превосходным ориентиром.

Разрывы следовали один за другим. Цепь ответила ружейным огнем и пулеметами. Мертвому припарка, корабль белых продолжал утюжить красноармейские позиции.

Солдаты заволновались. Командующий выскочил из укрытия и пригнувшись побежал вдоль цепи.

-Держать позиции,- кричал Виноградов,- кто будет драпать, пристрелю!

-Пошел ты, -донеслось со стороны балтийцев,- дураков умирать нет.

-Кто сказал? -Виноградов был в ярости,-где эта сука?

Он сжимал в руке маузер и грозно потрясая им был готов стрелять в любого, кто первым побежит назад. Но матросы молчали, связываться с командующим никто не хотел.

Около церкви в большом двухэтажном доме расположился штаб красноармейского отряда

Это было самое безопасное место. «Стрелять по храму белые не будут»,-логично рассудил Виноградов.

-Товарищ командир,- вестовой был встревожен, -разведка докладывает, что в устье Двины стоит большой военный корабль под британским флагом. Он будет в Шидрово через четверть часа.

-Надо отходить,- посоветовал Виноградову командир Вологодского полка Валерий Афонский, в кадровый офицер, в прошлом капитан царской армии, постуивший весной 1918 г. на службу к большевикам,- это британский монитор, нам с «макленками» против их пушек никуда.

-Отставить панику! У меня есть приказ штаба армии удержать Шидрово.

Такого приказа у Павлина не было, как и приказа о наступлении. Он делал всё на свой риск, мечтая, как и в августе заслужить похвалу самого Ленина.

В темноте со стороны Двины показалась вспышка. Монитор ударил из орудий по позициям красных из большого калибра. Первыми побежали балтийцы. Они устремились в деревню, но неожиданно оттуда тоже стали стрелять.

-Измена!

Балтийцы устремились вверх по Ваге, в сторону дороги, ведущей в деревню Чамово, где на стоянке располагались пароходы красных. Вологодский полк, понеся потери от артиллерийского огня противника стал отходить под защиту огромных бревенчатых «десятин», которые крестьяне готовили к отправке в Архангельск, но помешала война.

Одно из орудий красных замолчало.

-Что такое?

-Обслуга сбежала! Прикажите отступать?

-К чертовой матери!-Павлин выскочил из укрытия,- Заряжай очередью!

Пушка Маклена могла выстрелить очередью  пять зарядов один за другим. Какой то солдат зарядил оставленную «макленку».

-Огонь,- Павлин, раскрасневшись командовал батарей, забыв, что командующий фронтом не должен находиться на передовой.

-Павлин Федорович, ради бога, пойдемте в укрытие!- командир Вологодского полка умоляюще посмотрел на Виноградова,- Что вы делаете? Вдруг вас ненароком ранят или убьют!

-Значит я умру за дело нашей революции,- отшутился Павлин,-но к совету бывшего офицера последовал и укрылся за «десятиной»,- Этот бой мы тоже не проиграли, я вижу у белогвардейцев на первом судне пробоину,- сказал он, глянув в бинокль.

Огонь с первого корабля прекратился и он дал задний ход.

Победа,-закричал Виноградов.

-Обождите,- остановил его Афонский.
-Почему?
- Если сейчас они произведут высадку пехоты, нам несдобровать, придется отходить,- настойчиво посоветовал командир Вологодского полка.

-Не сунутся в темноте- до утра бой окончен,-ответил ему Виноградов.

-Все равно, надо отойти,- настаивал Афонский,- у нас за спиной деревня, крестьяне настроены враждебно, могут в любой момент ударить в спину.

-В это время со стороны Двины снова показалась вспышка и тяжелый снаряд ударил совсем рядом с церковью.

Цепь вологодских стрелков, для многих из которых это бой был первым, начала отходить без всякого приказа.

-Куда, назад!-закричал Виноградов.

-Их не остановить,- вступился за своих Афонский,-мы не можем ответить противнику, и он просто расстреливает нас, надо отходить в лес хотя бы до утра, там проведем передислокацию, отдохнем и с рассветом вернем позиции.

Понимая что силы не равны, Виноградов с явным нежеланием, приказал:

-Медленно отходим мимо деревни в сторону леса, паники не создавать.

Изрядно поредевший отряд продолжил отступление.

-Завтра же балтийцев и тех кто еще бежал - под трибунал, за оставление поля боя без приказа, полагаю, что надо применить децимацию,- процедил сквозь зубы командующий,- отступление целиком на их совести.

-Не крутовато?-спросил Афонский.

-В самый раз.

-А что это такое, децимация?-поинтересовался оказавшийся рядом вестовой.

-Это когда за трусость расстреливают каждого десятого в назидание другим. Беги вдоль цепи, передай мой приказ об отходе.

Мальчишка вестовой побежал выполнять приказ.

-Товарищ Виноградов, нам тоже пора отходить, не ровён час британец снова начнет стрелять,- с явно выраженным «вологодским» говорком заметил кто-то из штабных.

-Вы идите,- махнул рукой Виноградов, сопровождающим, я сейчас,- и подмигнув говорившему штабисту добавил, -пойду поставлю «мину» и догоню вас. Это на случай высадки десанта противником,-добавил он, увидев недоуменный взгляд Афонского.

Штабные немедленно начали движение назад и через минуту пропали в ночи.

Виноградов оглядел позиции, никого. Зашел за соседнюю «десятину», присел по большой нужде и в эту минуту с английского монитора снова дали залп.

Один из снарядов попал в нижнюю часть «десятины», раскрошив в щепу несколько толстых бревен. Но самое главное, выстрел сдвинул с места многопудовую тяжесть. Бревна покатились и накрыли присевшего под ними Павлина Виноградова. Выбраться из под завала самостоятельно он не смог. Тяжелейшая контузия, множественные ушибы.

Британский корабль продолжил обстрел. Снаряды ложились совсем рядом с церковью. Не подойти.

Штабные, спасая свою жизнь все дальше удалялись от опасного места.
Прошел час.

-Подождите, где же товарищ Павлин?

-Придет, прилетит на крылышках к самому пароходу в Чамово ваш Павлин,-съязвил командир балтийцев.

-Зря осклабился, завтра всех вас судить будут, я слышал, как Павлин Федорович об этом говорил, всех, кто побежал, под трибунал и пиф-паф,-штабной работник сделал ладонь пистолетом.

-Да иди ты,- поморщился балтиец,- никто не посмеет поднять на нас руку, мы, моряки Балтики, совершил революцию.

-Не только вы,-ответил штабной работник,- Павлин Федорович как то говорил, что он участвовал в разоружении отрядов Корнилова, чем спас страну от военной диктатуры.

-А мне он говорил, что участвовал во взятии Зимнего,-добавил другой штабист,- по всему выходит, что командующий у нас героический.

-Пора бы ему уже появиться?- заметил командир Вологодского полка,- Не случилось ли чего?

Прибежал вестовой.

Разведка докладывает, противник высадил на берег отряд, Они занимают наши позиции.

-Где же командир?- штабные не на шутку обеспокоились, все разговоры стихли.

-Смотрите, дом зажгли!

Небольшая диверсионная группа прошла сквозь брошенные красными позиции, заняла здание штаба, и после осмотра дома подожгла его. В темноте они ничего подозрительного не заметили и вернулись на корабль.

-Видимо у них в деревне связной, перестали палить вскоре после нашего отхода, выслали десант,-заметил Афонский,- подождем, до утра. Наверняка их суда отойдут вниз по реке до Березника, тогда и будем возвращаться. Павлин Федорович наверняка спрятался где-то там на позициях, в темноте им его не найти.

-С контрой в Шидрове будем разбираться по нашему, по-балтийски,- заметил командир моряков,- вздумали еще по нам палить из ружей, когда мы отходили. Всех мужиков надо «в штаб к Духонину» отправить, чтобы помнили моряков с Балтики.

-Куда отправить?-не понял один из штабных,- разве генерал Духонин служит красным?

-Черту он в преисподней служит со всем своим штабом, понял?- криво усмехнувшись ответил моряк.

Утром, чуть рассвело командир Вологодского полка Афонский отправил в деревню разведку. Те передали, условным сигналом, что путь свободен

-Взвод за мной, - приказал Афонский, выдвигаемся навстречу командиру.

С момента ночного обстрела прошло уже три часа. Стрелки вернулись на вчерашние позиции. Во время ночной вылазки белые не только сожгли здание штаба, они подорвали брошенные красными пушки «макленки» и боезапас к ним. Вологодский полк остался с одними пулеметами.

-Смотрите, кажется командир?

Из под завала бревен виднелась рука Виноградова.

-Налегай,- скомандовал Афонский,-может еще жив? Его бревнами придавило.

Бойцы растащили тяжеленные стволы пиловочника и обнаружили под ними командующего Двинским фронтом.

Павлин Федорович был мертв. Он лежал на земле в раскорячку, со спущенными портами. На голове запеклась кровь от удара бревном.

-Чего это он?- спросил молодой вологодский солдатик.

-Не видишь, что ли, до ветру командир пошел, тут его и накрыло, с каждым может случиться.

-Какая то не геройская смерть?-заметил солдатик.

-Отставить разговоры,-Афонский, вспомнив, что в прошлом был командиром батальона в царской армии, повысил голос,- смерть, она не выбирает, когда и за кем приходить. О том, что видели - ни слова, иначе расстреляю лично.

Но сохранить тайну не удалось. К «десятине» подошли деревенские мальчишки, увидели убитого красного командира в непотребном виде и засмеявшись убежали.

-Разбрешут теперь,- сказал вологодский солдатик.

-Эти не страшно,-ответил командир Вологодского полка,- этих никто слушать не будет, главное, чтобы вы не сбрехнули.
Он ошибся. Один из мальчишек. став взрослым расскзал своему сыну о курьезной гибели Павлина Виноградова,  а тот  написал об этом краеведам.

-Мы нет, могила,- ответил за всех солдатик,- не скажем!

-Хорошо, что командира не нашли белые, было бы нам всем тогда на орехи.

Павлина Виноградова с трудом распрямили, за три часа труп начал коченеть, одели, завернули в шинель и понесли к пароходу.

На следующий день в Вологду в штаб армии ушло донесение о героической гибели командующего Двинским фронтом, который лично вел огонь из пушки, получил ранение в щеку, но продолжил руководить боем из укрытия. Шальной снаряд попал в штабель бревен, которые рассыпались и насмерть придавили командующего фронтом.

В тот же день из штаба пришла «молния». Тело героя срочно отправить в Вологду для решения вопроса о захоронении.



П.Ф. Виноградов. фото 1918 г.

Между тем сражение за обладание устьем реки Ваги не было окончено. После гибели Виноградова командование принял на себя Валерий Леонидович Афонский, тот самый, командир не очень храброго Первого вологодского полка, бежавшего в ночь на 8 сентября с поля боя в Шидрово.

В архиве сохранился его отчет о следующем боевом дне, 8 сентября:

«В 10 часов 8-го пришла из Двины канонерка противника, огонь усилился, и оставаться в деревне значило обречь 3 и 1 роты и команды Вологодского советского полка и 2 роту балтийцев на бесцельную гибель. В 12 часов я отдал приказание 1-й и 3-й ротам Вологодского советского полка, а также обозу отходить в лес за деревню, что и было выполнено в полном порядке»,- сообщил в Вологду Афонский,-затем подумал и добавил,- артиллеристы постыдно бежали, ускакав на орудийных лошадях и бросив не только зарядные ящики, но и орудия в полной готовности к бою.»

Красный командир все перевернул с ног на голову. Артиллеристы бежали еще в ночь с 7 на 8 сентября. Отход в лес случился той же ночью, но еще по приказу Виноградова.

Утром 8 сентября красные вернулись на позиции, нашли труп командующего. Вскоре в Вагу со стороны Двины зашла канонерка союзников и доблестный сводный отряд морячков и красноармейцев ретировался назад в сторону деревни Чамово на Двине, где на стоянке находились их пароходы.

Спустя полгода, будучи уже на новой штабной должности Валерий Афонский за бой в Шидрово получил орден Красного знамени. В приказе Реввоенсовета Республики № 36 от 17 апреля 1919 г. с пафосом сообщается:


В.Л. Афонский. фото 1938 г.

«Награждается орденом Красного Знамени командир 1-го Советского Вологодского полка товарищ Афонский Валерий Леонидович за следующие отличия: Умело руководя названным полком и увлекая красноармейцев личным примером, занял полком 6 сентября 1918 г., после перехода с боем 28 верст, правый берег р. Ваги.»

На самом деле отряд под командованием Павлина Виноградова совершил марш бросок по лесной дороге и без боя занял позиции на берегу Ваги в Шидрово. Афонский тогда был только командиром Вологодского полка и во всем подчинялся Виноградову.

Дальше идет описание подвигов, зафиксированных со слов самого Валерия Афонского, как командира в отчетном рапорте.

«7 сентября в ночном бою с десантом противника у деревни Шидровской под убийственным огнем противника лично восстановил прорванный фронт полка и штыковой атакой заставил десант очистить берег р. Ваги и уйти на пароходы.»

Ни слова о погибшем командующем, как будто и не было тут Павлина Виноградова. Мертвому слава не нужна, а вот живому командиру орден будет к лицу. Для этого можно придумать и штыковую атаку против десанта противника, которой не было и собственное отступление превратить в «восстановление прорванного фронта».

«В бою у деревни Шидровской 8 сентября лично корректировал огонь скорострельных пушек и подбил два парохода противника, чем не допустил высадки десанта. В этом деле он был контужен, но остался в строю.»- сообщает документ о награждении героя.

Без стыда и совести приписав себе действия Виноградова по корректировке огня и добавив для важности лживые данные о подбитых пароходах, Афонский превратил незначительный, к тому же проигранный красными бой в свою личную победу и получил за это высшую награду Советской республики.

Ровно через двадцать лет после награждения он был арестован по обвинению во вредительстве, участии в военном заговоре, во всем сознался и после суда был расстрелян.
Советская власть сполна отблагодарила за предательство родины бывшего капитана царской армии.


В.Л. Афонский в тюрьме перед расстрелом 1940.

На стороне белых очень скоро тоже узнали о гибели командующего фронтом. Данные о ночном бое вошли в отчеты и спустя три года в английском морском альманахе, в очерке о действиях британского флота на Севере России, появился следующий текст:

«Ночью 7 сентября 1918 года канонерские лодки «Адвокат» и «Опыт» участвовали в коротком бою на реке Ваге. Объектом обстрела стал дом на вражеском берегу, который, по данным разведки, являлся штабом большевиков. Корабли в сумерках подошли к цели, и «Опыт» открыл яростный огонь из австрийских орудий. С «Адвоката» последовала высадка диверсионной группы, которая штурмовала берег и вскоре захватила штаб. Там были найдены ценные документы. Кроме того, удалось нарушить телефонную связь. От обстрела здание загорелось, и вскоре было полностью охвачено огнем. Позже выяснилось, что наш старый враг некто Виноградов, являвшийся важной персоной в стане большевиков, был убит во время этой атаки.»

Англичане не подтверждают участие в бое тяжелого монитора М-25, который из-за мелководья не мог войти в реку Вага. Значит разведка красных ошиблась, приняв «Адвокат» за другое судно.

Павлин Виноградов был похоронен в Петрограде и навсегда вошел советские школьные ученики, как герой Гражданской войны. О нем писали книги, именем Виноградова называли улицы городов, районы, речные суда. Постепенно сформировался приглаженный образ революционера-ленинца, почти святого, который сохраняется местами и до сих пор.

Настоящий Виноградов шел по Северу России кровавой поступью диктатуры пролетариата, и если бы не роковой для него выстрел с корабля союзников, количество жертв внесудебных расправ неистового революционера над гражданским населением было бы многократно больше.

Эту историю знает довольно широкий круг людей, но вряд ли когда нибудь  они осмелятся говорить об этом публично. Ведь тогда будут задеты весьма важные на местном небосклоне чиновники от науки...
Последний раз я встретил Александра Васильевича Камкина в конце октября, возвращаясь с доклада на Беловских Чтениях. Он стоял на ступеньках здания фаультете иностранных языков, где преподавал в последние несколько лет. Профессор вызвал такси и ёжась на холодном ветру ждал, когда мотор подойдет. Но машина запаздывала и мы разговорились. Профессор выглядел не очень. Худоба, блестящие зрачки глаз, все говорило о том, что он борется с тяжелым недугом. Борется уже долгие годы. Об этом конечно прекрасно знали коллеги и даже студенты, но далеко не все знали первопричину болезни.
-Александр Васильевич, с Бездарным вы не встречаетесь?
-Нет, категорически, я его ненавижу и стараюсь, чтобы пути не пересекались.
-Понимаю, я тоже, у каждого свои причины, но наверное на факультете нет человека, которому бы он не нагадил.
-Есть,- в глазах Камкина появилась хитринка,- эти люди его ученики и последователи, я себя к ним не причисляю.
-Да вы что? Над псевдонаучной школой профессора Бездарного не смеялся только ленивый. Где там наука? Окружил себя подхалимами, мы над ним подтунивали, еще когда я был студентом, а он у нас, тогда еще ассистент кафедры, вел какие то семинары, скучно и неинтересно.
-Не будем о нем. Расскажи лучше. как у тебя дела?
Я кратенько поделился новостями. Он удовлетворенно кивал головой.
-Так сын закончил аспирантуру? Хорошо, я помню их курс на отделении культурологии, наверное лучший курс в моей практике по этой специальности. Передавай ему привет.
Раздался телефонный звонок. Диспетчер. "Алло, машина вас ожидает уже 5 минут на углу проспекта".
Профессор встрепенулся, мы пожали друг другу руки и он поспешил к такси.

Такой была наша последняя встреча. Завтра будут похороны А.В Камкина.
Вы спросите, почему такой заголовок? Объясняю.
Природа многих болезней неизвестна, в том числе и онкологических, достаточно бывает нервного срыва, чтобы запустить в организме гибельный процесс. В свое время профессор Бездарный создал  на факультете не просто стресс, настоящий геноцид ученых.
В начале нулевых неожиданно для многих професор Камкин, взращанный на историческом факультете, покидает его, перейдя на факультет иностранных языков и создав там новое отделение - культурологии. Это было удивительно, совсем не по профилю, обычно культурологи базирутся на историческим или филологическом фаультетах. Тут тоже филологический, но специфика другая. Значит была какая то причина.
Скоро все стало явным. Профессор Бездарный решил зачистить факультет для своих подрастающих учеников и последователей,потребовались ставки и старой гвардии факультета была объявлена война. Одних, как Ю.С Васильева, отправили на пенсию. Другие, не стерпев придирок и унижений барствующего начальника, поспешили уйти сами. Первым был А.В. Камкин, за ним на отделение культурологии потянулись и другие неугодные Бездарному преподаватели. Конечно для отделения это было большим плюсом, а вот для исторического факультета-огромный  минус. Ушли не просто преподаватели, ученые, авторы монографий, сделавшие для науки в одиночку неизмеримо больше чем вся "научная школа" профессора Бездарного. Камкин всех принял и обеспечил нагрузкой.
Что будет сейчас, не известно. Поглощение педа политехом нанесло огромный урон педагогическому институту, и только Бездарный не пострадал, он быстро нашел себе друзей в новом руководстве и продолжил свою пагубную деятельность.
Именно от его изощренной травли организм А.В. Камкина мог дать сбой. Травля продолжалась годами и в конце концов дала результат. Фактически Бездарный не только разрушил крепкий коллектив факультета, но и явился косвенным фактором прогрессирующей болезни А.В.Камкина.
Завтра будет прощание, польются хвалебные речи, те, кто при жизн ненавидел усопшего, будут стоять в почетном карауле. Не хочу смотреть на эту картину. Для меня Александр Васильевич навсегда останется живым, таким, как во время нашего последнего разговора на ступеньках приютившего профессора факультета иностранныхх языков.



А.В. Камкин, доктор исторических наук, профессор ВГУ
В Вологде  мои предки очутились случайно. Вообще то по материнской линии они ярославские крестьяне-отходники, которые после отмены крепостного права устремились на заработки в Петербург.
Как было известно еще В. Далю, ярославцы весьма преуспели в сфере услуг. Первый из наших питерских Серебряковых -Кирилл не стал нарушать традиции, и поступил половым в питерский трактир на Разъезжей улице.
Мужик он был сноровистый и через некоторое время, как вспоминала моя бабка, стал сначала приказчиком, потом женился на хозяйской дочке и в итоге наследовал все дело.  К 1914 г. семья владела значительной частью большого дома по современному адресу Разъезжая 32 (до революции д. № 30), на углу с Николаевской, ныне Марата.
Мария Васильевна Серебрякова в 70-х годах прошлого века, вспоминала, раговаривая со своим внуком Сашей, что в родительском доме в Питере на 1 этаже была чайная, второй этаж был отдан под "нумера",-недорогую гостиницу. На третьем этаже жили сами. Семья была большая, но в основном рождались девочки. Марья Васильевна, или как я звал её - баба Маня, является моей бабушкой по материнской линии.
Наш питерский дом не был дворцом и по сравнению с окружавшими его по обеим улицам шедеврами архитектуры выглядел весьма скромно. Вот что пишет о нем современный питерский краевед, исследователь городской жизни:
" Дом на углу улиц Марата и Разъезжей  всем своим видом  отличается от соседей. Построенный еще в пушкинское время, он каким то чудом сохранил свой облик, хотя окрестные здания одно за другим перестраивались, расширялись, росли в высоту. Может быть неприкосновенности дома способствовали ностальгические настроения владельцев?"- задается вопросом современный иссследователь города.

Разъезжая32- Марата 51, дом купцов Поспеевых 1839 г. Современный вид.
Это конечно вряд ли, ностальгия такого рода в купеческой среде отсутствовала напрочь. Но по каким то причинам, архитектура дома сохранилась в чистом виде, такой, как и была во времена Пушкина. Вероятно у владельцев были другие планы по расширению бизнеса, а дом на Разъезжей рассматривался в первую очередь как жилой.
Немного о первых владельцах дома. В документах значится, что первыми владельцами дома, построенного архитектором А.А. Арефьевым в 1839 г. были купцы Поспеевы. Затем, история дома оказалась связана родом легендарного ярославского ресторатора Анисима Палкина, открывшего еще в 1785 г. в Санкт-Петербурге на углу Невского и Садовой первый трактир, ставший знаменитым на всю столицу заведением.
В доме на углу Разъезжей и Николаевской потомками Анисима Палк ина тоже был открыт трактир, принадлежавший в 1849 г. Павлу Васильевичу Палкину. Заведние было популярно у публики и в итоге Палкины приобрели у прежних владельцев весь дом.
К началу XX в. о знаменитой фамилии здесь ничего не напоминало. Дело в том, что после смерти Константина Павловича Палкина, хозяина легендарного ресторана "Палкин" на углу Невского и Владимирской, где бывали все знаменитости Петербурга, дом  на углу Разъезжей-Николаевской прешел по наследству к его дочери Елизавете и, по свидетельству современного краеведа, остался в ее собственности до революции. Это не совсем так. В справочнике "Весь ПЕТЕРБУРГ за 1914 г". владельцем чайной указан Василий Федорович Серебряков, мой прадед. Страница из Справочника " Весь Петербург за 1914 г.
средний столбик, второй сверху-
Василий Федорович Серебряков, владелец чайной, между прочим. имел телефон.

Но между ним и Палкиными есть очевидная связь!
Кирилл Серебряков женился на комто из владельцев дома по женской линии. Это была представительница рода Палкиных, кстати тоже ярославцев. Весьма возможно, что моей пра-пра-прабабкой была сама Елизавета Константиновна Палкина или ее дочь.
Пока не ясно кем Кириллу приходится Федор Серебряков, отец хозяина чайной Василия Федоровича. На одной семейной фотографии, из тех, что я детстве рассматривал у бабушки, были сфотографированы трое мужчин. В центе коренастый бродатый уже в возрасте- Кирилл Серебряков-, рядом его брат, как объясняла мне бабаушка,-вероятно это и есть Федор. К сожалению это фото мне бабушка не отдала и оно не сохранилось...
  В любом случае, получается, что я потомок прославленного купеческого рода Палкиных.  По этому поводу принимаю поздравления! Жаль, что не узнал об этом раньше...
Современный питерский краевед пишет:
"В начале 20 в. тарктир Палкина в этом доме уже не работал, зато помещались многочисленные заведения других хозяев: гостиница, чайная, несколько мастерских..."



Ул. Марата, слева часть дома 51.
На углу видна еще незаделанная входная дверь. Фото середины 1960-х гг.
Все как говорила моя бабушка, Марья Васильевна. Она была 1899 года рождения и хорошо помнила период, когда в чайной работала уже женская прислуга, т.е после 1914 г. "Две девушки обслуживали посетителей, а мама или папа стояли за кассой",- вспоминала она.
  В 1918 г. дом был национализирован. Василий  с семьей уехал в родную Ярославскую  губернию и снова стал крестьянствовать. В 1931 г. его раскулачили и от былого серебряковского богатства мало что осталось.
Моя бабка Марья Васильевна Серебрякова еще до коллективизации вышла замуж за Александра Верещагина и переехала в город Грязовец. У нее тоже было много детей, в основном мальчики и единственная дочь- моя мать. Золотые изделия, которые Марья Серебрякова получила в приданое, были отправлены в Торгсин и благодаря этому в голодные годы, ее старшие дети выжили
. Интересно, что среди потомков Василия Серебрякова только я унаследовал любовь к прошлому, антквариату и истории повседневности, включая и ресторанную жизни. Остальные многочисленные потомки рода даже не догадываюся о своем происхождении, да им и не надо...
  После революции в нашем доме работали многочисленные советские учреждения, продолжала действовать чайная, теперь уже как точка советского общепита и даже был кинотеатр. На этажах располагались квартиры жилого фонда. Постепенно дом пришел в коммунальное запустение. Центральный угловой вход заделали, чтобы получить дополнительную комнату, черный ход стал основным входом в дом.



.
Дом по адресу Разъезжая 32 в конце 1970-х гг. архивное фото.
Налицо упадок, дом требует основательного ремонта
В 1998 г. я увидел нашу фамильную недвижимость в самом плачевнов виде. Практически от дома остались одни фасады. Тогда он принадлежал "Северстали", как имущество, которым мэрия города расплатилась за свои долги.
Хорошо помню одну историю. Изучая историю пребывания дипломатов стран Антанты в Вологде, я работал в нескольких архивах зарубежных стран. Весной 1998 г. как раз возвратился из Парижа, где в Дипломатическом архиве Франции на Кэ д Орсе 37, искал материалы о деятельности их посольства в Вологде. До поезда было время и я решил проведать фамильный дом.  Спустившись по Разъезжей от Лиговки я быстро нашел его. Двери были закрыты, внутри здания через стекло первого этажа видны следы начинающегося ремонта. Я постучал в окно без всякой надежды на ответ и вдруг за стеклом показалось лицо какого мужика.
-Чего надо?-не очень любезно спросил он.
-Откройте пожалуйста, очень важное дело,- миролюбиво ответил я.
Дверь открыли.
-Понимаете, -начал я объяснять сторожу, я правнук последнего владельца этого дома и очень хочу посмотреть, что там внутри.
К моему удивлению строж проникся и с удивлением спросил:
-Вы откуда приехали?
Я нисколько не сомневаясь, сказал ему правду: " Из Парижа".
И тут, словно бы вспомнив известный фильм, сторож закричал кому то внутри дома:
-Зина, иди сюда, барин из Парижа вернулся!
Немая сцена.
Прибежала какая то женщина, оказавшаяся уборщицей, оглядела меня, щелкнула языком и сказала: "Пойдемте, покажу, что осталось.
На тот момент внутри кроме кирпичных перегородок ничего не было. Строители сломали все некапитальные перекрытия, которые были сделаны за годы Советской власти, когда тут находились коммунальные квартиры и планировали работы дальше.
Мы с хранителями дома прошлись по этажам, вышли на крышу, посмотреть вид на город.
"Давайте я вас сфотографирую "на крыше дома своего" сказал мне сторож, заметив висящий на боку фотоаппарат. Я согласился. Этот снимок и сейчас лежит где то в моем огромном архиве. Надо будет найти и сделать скан.
В 2004 г. после длительного перерыва, вызванного кризисом 1998 г. закончилась реставрация, На крыше дома воздвигли завершение в виде смешной стеклянной башенки, изуродовавшей его аутеничный "пушкинский"  фасад. Сейчас дом полностью отреставрирован, в нем планируется сделать бизнес-центр.


Техническая фотография из проектной документации
с рисунком будущего купола на крыше
Жаль, что Россия не приняла закон о реституции, я бы знал, как распорядиться с фамильным имуществом.
Впрочем, подождем. Сейчас это не так важно, важно, что мои дети и внуки будут знать историю семьи и возможно в будущем вернут себе наш дом на на Разъезжей 32.

Письмо революционерки из Цюриха



Как то раз я перебирал старинные открытки из своей коллекции и случайно уронил стопку на пол. Стал собирать и обратил внимание на швейцарскую почтовую марку на одном из открытых писем.
Оно было отправлено в апреле 1907 г. из Цюриха и адресовано жителю Петербурга Георгию Атабекову. Я прочитал коротенькое послание и вдруг понял, письмо то с секретом! Привожу этот текст целиком:
Zurich 17.04.07
"Ваше письмо, дорогой товарищ, с весточкой от К. меня несказанно обрадовало. Как я рада что он себя так хорошо чувствует и же(луд)ок окреп, ведь он нуждался в отдыхе и поправке. Хотя было бы еще лучше, конечно, если бы это произошло при других обстоятельствах. Передайте ему горячий привет. Примите мою благодарность и дружеский привет. Анюта.»
В письме упоминается некий "К", который нуждается в срочном отдыхе и восстановлении здоровья. О нем печется жительница Цюриха по имени Анюта. Но самое интересное-это обращение к адресату. Георгий Атабеков в тексте назван "товарищем", хотя в адресе, как и положено, написано "Г-ну Георгию Атабекову".
Без сомнения это переписка двух единомышленников, оппозиционно настроенных царской власти людей. Применена недоскзанность, личность, о которой беспокоится Анюта, обозначена заглавной литерой "К".
Кто он, этот "К", пока загадка, а вот на запрос "Георгий Атабеков" поисковик выдал целую группу революционеров с большим послужным списком. Неужели письмо адресовано кому то из них?

"Хороший белый чепчик"

Я внимательно перебрал всю пачку открыток и обнаружил еще несколько штук явно из этой серии. Часть из них была написана красивым мужским почерком, несколько-женским. На одном из мужских писем был автограф "Г. Атабеков", и дата 1914. Из контекста стало понятно, что автор писем уроженец Астраханской губернии, но проживал в Великом Устюге.
Я нашел "своего" Атабекова довольно быстро в Памятных книжках Вологодской губернии. Он служил учителем русского языка в мужской Гимназии Великого Устюга.
Фрагменты из писем, которые оказались на открытках, адресованы какой то девушке и рассказывают о впечатлениях учителя во время путешествия по Волге к себе на родину летом 1914 г.
Интересно, что в отрывках ни слова о грядущей войне, только лирические описания природы и страшилки на темы судовых катастроф. Атабеков явно развлекал свою неизвестную адресатку.
Кстати, выяснилось, что в 1914 г. ему было 25 лет.
Итак, отрывки из писем о путешествии по Волге:

"Мой компаньон все время смотрит в окно и мечтает писать, т.к. впервые попал в эти места и без конца охает да ахает и каждую минуту просит меня смотреть в окно.
Сейчас проехали небольшой уездный городок Тетюши, расположенный на высокой горе. Виделся в Тетюшах с тем бывшим капитаном.( Он теперь ведет оседлый образ жизни), о котором я Вам, кажется писал. Он меня было не отпускал, просил остаться, но остаться само собой мне было нельзя, дома уже получили телеграмму, готовят комнату..."

"Стоят теплые летние дни, вечерами наступает прохлада. Далекие пологие берега теряются в вечерних сумерках и Волга принимает вид безмерного моря. Усеянного огоньками пароходов. На пароходе сравнительно много путешественников из столиц. Они маются от жары и торопятся возвращаться на Север.
Я Вам как то писал о большом пожаре на Волге. Вчера сгорел другой большой пассажирский пароход. Весть об этом моментально облетела и «наш» пароход."

" Я и сейчас представляю себе живо картину встречи (она повторяется каждый год).Раннее прохладное утро. Пароход приходит в Ентаевск ( село Енотаевка Астр. Губ.- А.Б.) а 4 утра. На пристани почти никого кроме отца, матери и дежурного полицейского. Около матери сидит мой охотничий пес «Арап». Старики не спали всю ночь. Им холодно. Они ежатся и своими уже немолодыми глазами стараются разглядеть меня. Мать обыкновенно замечает первая и начинает усиленно толкать отца и показывать на меня".

"Веду растительный образ жизни. Вчера достал Ваше первое письмо ко мне еще в Устюг и облегченно вздохнул, что остался в Устюге на день, что не пришлось Вас заставить ждать ответа, что не пришлось ломать голову и самому в дороге. Кончаю письмо, надо торопиться на почту.
До свидания, хороший белый чепчик.
Будьте счастливы, будьте здоровы.
Преданный Вам Г. Атабеков"

Дорогой Гора

В подборке открыток с письмами Георгия Атабекова нашлись два фрагмента, адресованные ему. Это части обстоятельных писем, тоже написанных на почтовых карточках. Неизвестная девушка, находится на учительских курсах и очень скучает по Георгию Семеновичу. Она явно влюблена в Атабекова. Вот это письмо:


"...только вот чего не люблю-шумной компании. Сегодня учительницы и учителя устраивают пикник. Я не иду-ни капельки не хочется. Лучше бы стала читать или смотреть и смотреть открытки. Я все ваши открытки забрала с собой и карточки и долго, долго, вчера еще после чаю смотрела на них.
Отчего это, Георгий Семенович я не могу вспомнить. Как Вы улыбаетесь? Сколько не смотрю я на карточку, вы все грустный.
Вчера мы почти все учителя и учительницы снимались. Я заняла место за стулом Соколова ( Лиза тоже почти рядом) и была очень довольна.
Лекции мне не очень нравятся, много знакомого говорят и нового почти ничего не дают, но так жизнь здесь нравится. В общежитии у нас не скучно, но я почти все время между лекциями провожу в саду. Теперь буду отвечать на письма.
Спасибо, Георгий Семенович за виды, я их еще не рассмотрела по-хорошему, прочитала и пишу. Итак: Кукановы...»
Обратим внимание на фамилию Кукановы. Это известный в Великом Устюге род. Об одной из Кукановых- Екатерине в свое время я писал статью и опубликовал ее дневник.

Ищем, как связаны Кукановы с неизвестной девушкой.

Второй фрагмент письма на открытке очень личный. По всему, дело идет к помолвке, которая будет назначена на весну.
" ...и как будто теплый. Было даже приятно, весело, когда он ложился на воротник. Спасибо Вам, Гора, за подарок;он мне очень нравится, очень нежный, изящный. Простой и красивый. Только до весны я едва ли буду его носить.
Показывала маме, ей тоже очень понравился. Только она сказала, что я до обручения не должна бы принимать подарки и я конечно не взяла бы, если не боялась обидеть дорогого Гору.

Ведь Вам же хотелось сделать мне приятное и мне очень нравится ваш подарок.
Как бы мне хотелось сделать что нибудь приятное для Вас! Всего лучше, чище, легче бывает на душе, когда сделаешь другому приятное. Правда заповедь говорит, что кто хочет достигнуть Царствия небесного (душевного спокойствия) тот должен других..."


В письме Георгий Семенович превращается в "дорогого Гору". Он дарит девушке какой то меховой подарок, типа горжетки, который можно носить на шее. Подарок девушке очень нравится, но до помолвки ( обручения, когда суженым уже можно дарить друг другу подарки, а девушка официально считается невестой- А.Б) , она носить меховое изделие не решается.

Так кто же она, избранница Георгия Атабекова?

Прожиточный минимум из 1914 г.

Установить автора любовных писем оказалось возможным благодаря упоминанию в них устюгского семейства Кукановых. Одна из Кукановых- Фаина в последствии стала женой Георгия Атабекова, вероятно она и есть предмет его ухаживаний и автор любовных писем «к Горе».
В 1914 г. она проживала в Великом Устюге и именно ей адресовал влюбленный мужчина свою корреспонденцию во время путешествия по Волге.
В подборке открыток нашлась и еще одна с упоминанием фамилии Куканова и имени Фаина. Вот ее текст:
"Отчего Фаина не пишешь письма? Описала бы, как поживаешь дома все подробно. Я живу ничего, хорошо-нельзя сказать, т.к. жить порядочно не только в Петрограде, то надо не меньше 50 р. в месяц.
Вот уже месяц нигде не бывала, да и не хочется. т.к. чувствуется усталость, да и дорого ходить в театры, хочу по воскресеньям ходить в музеи. Маме скажи, что я здорова. жду Ронсу чтобы потчевать дома. Валентина. 31 октября ( 1914)".
Письмо было отправлено на адрес Великоустюгской мужской гимназии на имя брата Фаины, Николая Куканова с пометкой "для Фаины".
Между прочим кроме частных деталей письмо содержит важный экономический постулат: Реальный прожиточный уровень в Петрограде в 1914 г. составлял в месяц 50 р. Если перевести на современный уровень, получается где то районе 50 т.р. Мало что изменилось с тех пор, только поменялся масштаб цен.
На этом все сохранившиеся письма нами прочитаны и осмыслены.


На сайте "Педагогические династии Вологодчины" мы обнаружили важные недостающие сведения.

Георгий Атабеков родился в 1889 г. В 1907 г, когда революционерка из Цюриха писала ему письмо, "товарищу" Атабекову было всего 18 лет и он был питерским студентом.
Его жена Фаина ко времени написания писем была еще юной девушкой, хотя дата рождения ее - 1905 г. на сайте указана неверно.

Почему? В 1917 г. она была уже замужем и родила дочь Веру. Получается, вероятно Фаина была 1895 года рождения и тогда ко времени переписки в 1914 г. ей было 19 лет. Самое время влюбляться!
Георгий Семенович по данным сайта умер в 1940 г. в возрасте 51 года. Последние годы он работал на филологическом факультете пединститута. Его жена Фаина вместе с дочерью, которая к тому времени выучилась на учительницу математики, так же вместе с мужем переехали в Вологду. Обе преподавали.
В 1942 г. случилось несчастье. Фаина и Вера Атабековы умерли. Мы пока не знаем, что произошло, шла война.

У Веры Георгиевны остался муж- Георгий Крылов, 1912 г.р., учитель математики и сын Борис 1940 г. рождения, известный в последствии в Великом Устюге педагог высшей категории, один из первых в городе преподавателей информатике, автор школьных программ, по которым работают и до сих пор. Он скончался в 2006 г. В Череповце в школе работает еще один педагог высшей квалификации, учитель химии и специалист по информатизации Березина ( Крылова) Юлия Борисовна. Есть подозрение, что это дочь Бориса Крылова, правнучка Георгия Атабекова. Выясняем...
Его отец Георгий Крылов женился вторым браком и видимо сын предпочел жить отдельно, вернулся в родной Устюг.
Нашлись сведения и о других Кукановых. Валентина оказалась сестрой Фаины, она жила и работала учительницей в Ленинграде.
Екатерина Куканова, дневник которой я публиковал еще в начале 90-х, тоже была сестрой Фаины, всю жизнь она проработала учителем истории и музейным сотрудником в Великом Устюге.
Вот такое интересное исследование получилось. Думаю, что комплекс материалов Атабекова-Кукановых достоин того, чтобы находиться в музее. Дело за малым- желание самих музейщиков.

В связи с шумихой вокруг фильма я вспомнил об одном скандальном случае, так же связанном с именем Матильда.
Дело  было сто лет назад. Звали ее Матильда де Крамм. Петербургская дворянка,  ухоженная дама "за сорок", имеющая взрослых детей. В 1916 г. она  возвращалась на пароходе из Америки, где занимался бизнесом ее муж и  познакомилась с американцем Дэвидом Френсисом, который направлялся в  Петроград, чтобы принять должность посла Соединенных Штатов.
Они  проводили время на пароходе в приятной компании и когда путешествие  благополучно завершилось, казалось, что мимолетному знакомству тоже  пришел конец.
Не тут то было... Матильда де Крамм начинает бывать в  американском посольстве и подолгу засиживается в кабинете Френсиса. Дело  принимало скандальный оборот. Слухи о "неподобающем поведении". посла,  женатого, отца шестерых детей дошли до Госсекретаря Лансинга.
Тот  написал Френсису письмо с вопросом. Посол довольно грубо ответил ему,  что принимает только претензии по службе, а со своими дамами он как  нибудь разберется сам. Поразительно, что Лансинга этот ответ устроил и  скандал замяли.
В 1918 г. против Матильды было выдвинуто обвинение в  шпионаже в пользу Германии. Опять всплыла фигура Френсиса. Появилась  информация, что упомянутая дама "любовница американского посла". Френсис  бросился защищать свою Матильду, но обвинения были серьезны.  Оказывается однажды она в своем доме встречалась с будущим послом  Германии в Советской России графом фон Мирбахом и сама она не "де  Крамм", "фон Крамм".
Френсис уехал в Вологду, очень скучал по своей  Матильде, но категорически запретил ей приезжать, чтобы не раздувать  скандал дальше. Последующие события сделали эту историю не актуальной,  начиналась Гражданская война.
Что стало потом с Матильдой де Крамм  нам не известно. Вероятно она эмигрировала из Советской России.  Оставаться здесь с такой репутацией ей было невозможно.
Вот по каким  сюжетам надо снимать фильмы под названием "Матильда". Жду предложения от  продюссеров. Коммерческий успех по всему миру гарантрован))))

На Спас-Камень

История этого места началась давно, еще в 1260 г, когда волны прибили к неизвестному островку на Кубенском озере ладью белозерского князя Глеба Васильковича. Возблагодарив небеса за спасение во время бури, князь то ли повелел основать тут монастырь, то ли оказал материальную помощь уже имевшимся монахам. Но дело пошло.
В 15 в. Спасо-Каменный монастырь один из значительных на Северо-Востоке Руси, имеющий своего святого, отрока Иоасафа, в миру князя Андрея, которого судя по всему по приказу Василия Темного уморили в монастырских узилищах и после смерти канонизировали.
Для строительства главного храма специальный кирпич доставляли аж из тверской Старицы. Деньги у обители были. Потом золотой век закончился и все стало куда скромнее. После церковной реформы Екатерина Второй 1764 г. -и вовсе плачевно. И тут как на грех пожар в 1774 г. и все, монастырь упразднили. Правда не на совсем, при Павле Первом по настоянию местного купечества, выступившего гарантом финансовой помощи, обитель восстановили.
После революции 1917 г. монастырь закрыли, имущество конфисковали. В 1937 г. собор взорвали, кирпич потребовался на коровник. Но в 15 в. делали на совесть, храм развалился на несколько больших фрагментов, и кирпичем воспользоваться не удалось. Колоколюню правда коммунисты пощадили, нужен был маяк на озере, в остальном расправились с религией по советски, под корень.
С 90-х начинается медленно возрождение острова. Сейчас там уже есть монастырь с игуменом и трудниками, возрождены некоторые постройки. Красивейшее место привлекает не только паломников, но и обычных туристов.
Группу путешественников из Москвы и привез сюда известный клуб "Иван да Марья". Я выступил экскурсоводом. Должен же кто то рассказать людям правду о монастыре. Погода порадовала + 25 на суше, легкий бриз на озере, солнце, все что надо для путешествия.


Небольшой катер взял туристов на пристани в с. Устье.



Идем по реке Кубене. За спинами туристов  Лысая гора с Афанасьевской церковью 18 в., когда то церквей было две, но большевики одну снесли. Я рассказываю историю этих мест. Феодальная война второй четверти 15 в.  Дмитрий Шемяка, Василий Темный. Судьба Москвы решлась в том числе и в этих местах.


 Дельта Кубены -это несколько рукавов, где можно пройти на лодке и множество проток, полноводных весной и в начале лета и обсыхающих к осени. Когда то между ними были пожни, косили сено, теперь все заросло кустарником.

Вышли в открытое море, те озеро. Народная мудросто говорит: "Кубенское озеро не море. но плавать по нему- горе." Виной всему расположение озера- 112 км с севера на юг. При северном ветре в южной оконечности озера, там где мы и находимся, бывают бури. Тут мелко и каждый год ветер переворачивает лодки и гибнут люди. Бурю на Кубенском озере я описал в своей повести  "Агдика". Отрывок можно прочесть.



Подошли к острову, чалимся. Нетерпеливые туристы бросились снимать все подряд на фото. Их можно понять, здесь в общем то затерянный мир, раз в день приходит теплоход -вот и все сообщение, ну да лодки, когда погода позволяет, но это не часто.



Развалины Спасо-Преображенского собора 15 в. Даже в таком виде они величественны.



Встать на колени, хоть и с фотоаппаратом в таком месте не зазорно. А вообще то современное православие меня не радует. Слишком много стяжательства у  пастырей, слишком много попрошайничества у паствы. Просят у Бога: "Господи, помоги", а надо молиться? "Господи, прости и Господи, вразуми". Не согласны?



Игумен Дионисий благословил путешественников постной монастырской кашей и отправил восвояси, надеясь, что посетившие монастырь  стали после этого чуть-чуть лучше.

Хотите и вы стать лучше? Пишите, звоните, организуем поездку и вам.
Путешествие на Спас- Каменный это впечатление на всю жизнь.

Profile

alex_bykov35
alex_bykov35

Latest Month

January 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com